Нам пишут
Здравствуйте. А какое вообще пространство для компромисса между РФ и странами Запада? И с кем возможно заключение компромисса? Только с США? С США и ЕС? Только с ЕС? Каковы минимальные условия, на которые будет согласна РФ? К примеру, устроит ли РФ быть герцогом в нынешнем миропорядке во главе с королём-США? Устроит ли РФ возрождение проекта Европы от Лиссабона до Владивостока? Либо же слом миропорядка уже является для РФ целью, а не средством пересмотра своего места в нём?
Раньше РФ была не против вступления Украины в ЕС, как и бывших стран ОВД, а ультиматум был направлен исключительно против НАТО. Я не вижу в данном требовании экономического смысла (получение рынков). Связаны ли данные требования с надеждой самим вступить в ЕС? Как сейчас РФ смотрит на вступление/нахождение стран Восточной Европы в ЕС? И, в случае возобновления контроля РФ над странами ОВД, хватит ли рынков этих стран для поддержания в РФ достойного уровня жизни, приблизительно на уровне сытых нулевых? И правильно ли я понимаю, что нынешняя РФ, в целом, следует логике, озвученной Борисом Ельциным Биллу Клинтону в 1999: США уходят из Европы, передавая вопрос безопасности Европы в руки Москвы? Европа от Лиссабона до Владивостока с центром в Москве является ли для РФ программой-максимум?
И, напоследок, вопрос-шутка (в которой есть доля шутки): в начале марта 2022 года широкоизвестный в узких кругах актёр весьма пикантного жанра Van Darkholme предложил закончить конфликт в Украине путём принятия как Украины, так и РФ в состав ЕС и поднятие благосостояния этих двух стран до уровня стран Запада. Да, он серьёзно это предложил: ссылка. Насколько вариант господина Даркхолма устраивал бы РФ в марте 2022 года и насколько данный вариант устраивает РФ сейчас? Как вы считаете, вышеназванный вариант является более реалистичным и реализуемым чем вариант Большой Финляндии или нет? Ну, и возвращаясь в серьёзное русло, что теряет США и что теряет ЕС, принимая РФ в западный блок и западную экономику на тех минимальных условиях, на которые согласна РФ?
Спасибо за будущий ответ на канале, вы классно пишите))
При нынешней архитектуре Запада пространства для компромисса на самом деле нет.
Люди обычно не очень понимают, что такое Запад, начинают копать откуда-то с античности, Греция-Персия, вот это всё. И это полностью сбивает оптику.
На самом деле до середины XX века под Западом почти всегда понималась только Европа. Конструкция «Запад = США + Европа» появилась по итогу Второй мировой войны, причём как противовес Восточному блоку во главе с СССР.
Если несколько упростить, Запад = НАТО. И поскольку Восточный блок холодную войну проиграл, а Запад/НАТО — выиграл, первый был целиком переформатирован, а вот для второго никакого резона меняться не было.
Так вот, в силу институциональной инерции Запад заточен под противостояние с Россией, чему не смогло помешать даже возвышение Китая, фактически являющегося сейчас куда более опасным противником.
Здравый смысл говорит нам, что все силы Запада во главе с США должны были быть брошены на противостояние Китаю, но здравый смысл не работает там, где действуют институты, формировавшиеся десятилетиями и способные самовоспроизводиться бесконечно (вернее, вплоть до глобальной катастрофы, к которой США такими темпами придёт).
Даже Трамп, шедший на выборы под лозунгами тотальной перезагрузки в т. ч. всей внешней политики США, в итоге превратился в очередного продолжателя политики неоконов: институциональная инерция оказалась сильнее.
Так вот, как должно быть понятно из сказанного, никакого пространства для компромисса здесь в принципе не просматривается. Пока существует Запад с США во главе, он будет проводить политику сдерживания России, даже тогда, когда эта политика становится для него самоубийственной и приводит к игнорированию реальных угроз. Соответственно задача России в том, чтобы не мешать американоцентричному миропорядку об неё самоубиться и в меру сил этому посодействовать.
Что касается Европы, она в текущих реалиях такой же заложник институциональной инерции, но, в отличие от США, не является выгодоприобретателем существования текущего миропорядка. Соответственно, как только старый миропорядок будет разрушен (а США своими последними действиями этому активно способствуют), перед Европой встанет вопрос о том, как встраиваться в новый. Это не значит автоматически нормализации отношений между Европой и Россией, но сильно повышает шансы на неё.
Принятие России в ЕС, конечно, невозможно, не только из-за институциональной инерции (хотя это значимый фактор), но и просто в силу того, что экономика ЕС этого не выдержит. Европа от Лиссабона до Владивостока тоже явно отжившая своё конструкция, которую нет смысла пытаться в очередной раз откапывать.
А вот развитие интеграционных проектов теоретически возможно, но при условии сноса нынешней евроатлантистской верхушки ЕС во главе с Урсулой фон дер Ляйен, настроенной на удержание американоцентричного миропорядка любой ценой даже в большей степени, чем сами США.