Царём о ту пору был муж, славившейся проницательностью и разумением. Понимал он, что не одолеть им теперь Великана, ибо за прошедший век стал тот только больше и сильнее, откормившись на приносимых в дар стадах, но и отдавать тысячу человек на растерзание не хотел.
Тогда призвал он к себе Мудреца, что в сложные времена давал советы ещё его отцу. Рассказал ему о своём горе и дал на раздумья день, затем вызвал вновь.
Так вёл свою речь Мудрец.
Отправь к Великану гонцов да скажи, что выполним мы его просьбу ровно через год, а до тех пор ежемесячно будем пригонять по полсотни овец, раз остался он один. Мы же в первый месяц недодадим ему две овцы от обещанного, в следующий — четыре, и так всякий раз станем отправлять меньше и меньше. Не умеет Великан считать, не заметит подвоха, ведь каждый раз будет приношение лишь немногом беднее. Но к концу года совсем оскудеет его рацион, вот силушка его и убавится вдвое.
Обрадовался такому совету Царь, да так и поступил: отправил гонцов и приказал каждый месяц отдавать теперь Великану на две овцы меньше, чем в предыдущий.
Меж тем не терял и сам времени даром: собрал военный совет, устроил смотр армии и каждый день призывал к себе то одного генерала, то другого.
Так прошла неделя, да снова нашла на Царя печаль. Призвал он Мудреца и сказал.
Хорошо ты придумал давеча. Глуп Великан и не разгадает нашей хитрости, ополовиним его силы за год. Да только будь он и вдвое слабее, чем теперь, всё одно не побороть нам его. Не вели мы войн сотню лет, слабы наши солдаты и трусливы генералы, разбежится армия от одного вражьего грозного вида. Придумай-ка, как бы нам и вовсе с ним не воевать.
Послушал Мудрец, взял день на раздумья, а вернувшись, дал ответ.
Гора, что Великан себе жилищем выбрал, непростая. Искушает она каждого, кто хочет на неё взойти, а кого признала негодным, того тут же смерти придаёт. Из сотни едва один поднимется живым. Но ежели духом человек силён, есть для него надежда. Отправлю я своего Старшего Ученика по городам, пусть за год найдёт он нам людей, кому по силам тяжкое испытание пройти. К концу же срока, как Великан ослабнет, проберутся они в его жилище ночью и убьют спящим.
Воспрял Царь духом, услышав совет, на том и порешили: отправили Старшего Ученика по городам и весям искать людей, что смогут на Гору взобраться.
Меж тем собрал он министров своих, решил послушать, как они рассудят. Каждый день то с одним беседу вёл, то с другим.
Так прошла неделя, и взяло Царя сомнение. Призвал он в третий раз Мудреца и так говорил.
Ты, брат, сообразил всё ладно. Ничего лучше нет, чем Великана спящим убить, так и людей невинных губить не придётся в угоду злодею, и в бой неравный с ним вступать. Только мы теперь всю судьбу нашу одному человеку в руки отдали. Ученик твой справится ли с задачей? Ведь и люди нужны необычные, а ну как мало таких найдётся, и не хватит их сил, когда черёд придёт? Надо нам отыскать способ, как бы таких поболе собрать.
Удалился Мудрец и на следующий день вернулся с таким ответом.
Твоя правда: не дело нам полагаться лишь на одного человека. Есть у меня и Младший Ученик. Не столь разумен он, как первый, и, случается с ним, что необдуманно решения принимает. Только делать теперь нечего. Отправлю я его по дальним странам, кои в стародавние времена уговор нарушили. Пусть и он там разыщет людей выдающихся, что на Гору смогут подняться да Великана убить. Так удвоим мы наши силы, когда придёт час решающий.
Приободрился Царь, доволен остался разговором. Так и поступили: отправили Младшего Ученика по дальним странам, где обитали народы чудные да звери диковинные.