Почему марксизм в СССР стал догмой
В феврале 1917 года произошла революция. В результате был разрушен старый мир, но что-то пошло не так, и создать новый не получилось. Некоторое время продолжался хаос, потом в октябре месяце произошла ещё одна революция, и началось строительство социалистического государства.
Однако тут возникла проблема. Для того, чтобы строить социалистическое общество необходима соответствующая теория. Это капитализм может возникнуть стихийно, может стихийно развиваться, а теория капитализма может возникнуть (да и, как показывает опыт, возникла) по ходу дела, в попытках обосновать и упорядочить то, что уже есть, и показать в каком направлении возможно дальнейшее развитие. Для социализма такой путь не годится. Сначала теория, потом практика и только так.
На первый взгляд тут проблемы нет. Большевики осуществившие Октябрьскую революцию были марксистами и использовали его как теоретическую базу. Оказалось, что эта база не соответствовала действительности. Один из примеров — революция произошла не в той стране, где предсказывал марксизм. Согласно теории революция должна произойти в развитой капиталистической стране, Российская империя для этого не годилась. Ленин, за несколько месяцев до революции, утверждал, что революция в России возможна только через сотню лет. Т.е. марксизм на начало XX века ситуацию оценивал неверно, и в качестве руководства к действию по построению нового государства не годился. Но социалистической революции повезло — у руля большевистской партии был человек сочетающий в себе одновременно теоретика и практика. Ленин буквально на ходу дорабатывал марксизм под текущие условия. Таким образом революция не свернула с пути истинного.
У такого подхода есть свои плюсы — революция не время для долгих дискуссий, принимать решения нужно быстро, и, то что руководитель страны и партии является блестящим теоретиком — это большой плюс. А это же является и большим минусом. Правильным считается то, что скажет начальник. В структуре СССР не было создано никаких механизмов для развития марксизма, и внедрения результатов этого развития в управленческие решения.
Традицию Ленина продолжил Сталин, который тоже был грамотным управленцем и видным теоретиком, также способным указать как правильно понимать марксизм. Иногда его заносило не в ту степь — «Товарищ Сталин, вы большой учёный — в языкознаньи знаете вы толк», но в целом с работой он справлялся — при нём СССР выстоял и активно развивался. Хрущев уже не был теоретиком. Если раньше что-то существенное в нём менять только большой начальник, то теперь — никто. В результате отсутствия разделения функций по внедрению марксизма на теоретическую и практическую составляющие, марксизм превратился в догму, осмысление действительности в СССР оказалось затруднено и после краха СССР общество оказалось лишенным иммунитета против западной идеологии. Такие вещи в СССР анализировать разучились. А верхушка, правящая страной, стала использовать власть так, как использует её любая верхушка не имеющая ограничений — т. е. в своих интересах.
До сих пор мы говорили о том, что было. Теперь скажем как должно быть. Спасти ситуацию может разделение функций. В обществе должно быть две независимых подсистемы:1. Теоретическая — обосновывает каким должно быть государство.2. Практическая — собственно управление государством на основе результатов работы первой подсистемыВ этом случае глава государства не должен быть создателем теории. Он должен понимать основы и претворять их в жизнь. Это избавит от необходимости подгонять теорию под практику. Руководителя государства будут оценивать по тому, как он внедряет уже заданные ему установки, а не по тому как он их создаёт.
Если придётся ещё раз строить социализм, в структуре устройства страны необходимо предусмотреть орган (совет, институт, комитет), в задачи которого входило бы собирать актуальную информацию по государственному устройству, анализировать её, определять слабые места и направления дальнейшего исследования, и выдавать рекомендации по дальнейшему развитию страны. И, разумеется, необходимо предусмотреть механизмы, обеспечивающие защиту этого органа от вырождения и утраты связи с реальностью.
А кандидаты в президенты и депутаты будут соревноваться в том, кто лучше понимает эти указания, и кто сможет лучше воплотить их в жизнь. Попутно решается задача со сменой власти — второй родовой травмой СССР. В нём официальных механизмов смены власти предусмотрено не было и они так и не появилось до его кончины. Что, несмотря на все достижения Советского Союза, показывало отсталость его системы управления.
Возможно, здесь поможет изучение опыта теократических государств. Они живут и развиваются на основе идеологии. пусть и религиозной. Конечно, государство, базирующееся на научном подходе, гораздо сложнее того, что опирается на религию, однако исследование опыта их моделей управления будет полезным.