И ещё немного в завершение французской темы
Лозунг «Зачем умирать за Данциг?» стал символом слепоты политики умиротворения нацистской агрессии накануне Второй мировой войны. Однако, если присмотреться к истории этого лозунга, всё оказывается ещё интереснее.
Впервые эта фраза появилась в качестве заголовка статьи на первой полосе французской левой газеты L'Œuvre 4 мая 1939 г., вскоре после германского ультиматума Польше. Автором статьи был Марсель Деа — один из лидеров движения неосоциалистов (сторонников «революции сверху» и государственного планирования) и видный пацифист (он достаточно насмотрелся на войну на фронтах Первой Мировой). Деа писал, что совместная с поляками защита родной земли и свободы была бы достойной целью войны — но никак не отстаивание польских прав на Данциг, населённый немцами и фактически давно подконтрольный нацистам.
Такой взгляд в то время не был редкостью. В межвоенной Франции существовало сильное пацифистское движение. Приход НСДАП к власти и перевооружение Германии не смогли переубедить даже многих левых: среди них были как «воинственные» политики и интеллектуалы, настроенных на борьбу с Гитлером, так и пацифисты, выступавшие за сохранение мира до последнего.
Вскоре спор решился сам собой. В сентябре 1939 г. Франция выступила в защиту Польши и объявила войну Германии — но за следующие восемь месяцев толком ничего не предприняла. В мае 1940 г. немцы атаковали Францию, а в конце июня было подписано перемирие, которое фактически было признанием поражения.
Марсель Деа вскоре создал Национальное народное объединение — коллаборационистскую партию, которая позиционировала себя как социалистическая, республиканская и пацифистская. Впрочем, идея «новой социалистической Европы» под главенством Третьего рейха позитивно воспринималась и другими подобными организациями. Во многом они состояли из левых, которые видели в режиме Виши или германской оккупации возможность оказаться если не у власти, то «около» неё и реализовать свои идеи в новом контексте. Для них социализм и пацифизм не противоречили сотрудничеству с Гитлером — более того, именно в таком сотрудничестве они видели залог построения регулируемой государством экономики и единой мирной Европы.
Уже 22 июня 1941 г. Жак Дорио — бывший коммунист, а к тому моменту лидер фашистской Французской народной партии — предложил создать подразделение из добровольцев для войны против СССР. 7 июля Марсель Деа и лидер Революционного социального движения Эжен Делонкль обратились с этой идеей к немцам. Вскоре был объявлен набор в «Легион французских добровольцев против большевизма». Деа, Дорио и другие коллаборационисты, которые ещё вчера отвергали идею «умирать за Данциг», теперь призывали парижскую молодёжь умирать за то, чтобы Гитлеру достались Киев, Минск, Ленинград и Москва.
История легиона оказалась бесславной. Сначала набор в него фактически провалился: французы не демонстрировали особого желания воевать за немцев. Те, кого удалось рекрутировать, после формирования и обучения были брошены в горнило битвы за Москву. В ходе неё легион фактически перестал существовать: из 2 350 солдат в живых остались лишь несколько десятков. После переформирования в 1942 г. легион предусмотрительно отправили подальше от фронта — заниматься карательными операциями в Белоруссии. Там французы «отметились» множеством преступлений против мирного населения, включая массовые расстрелы и сожжения деревень. Самым большим военным успехом подразделения остались арьергардные бои в ходе операции «Багратион» летом 1944 г.: легионеры и немцы вместе два дня сдерживали советское наступление на реке Бобр, однако из-за явного численного превосходства РККА были вынуждены отступить.
В сентябре 1944 г. легион был распущен, а большая часть личного состава включена в состав 33-й дивизии СС «Шарлемань» — другого подразделения, набранного из французов. Однако уже в феврале 1945 г. эта плохо подготовленная дивизия была переброшена в Восточную Померанию для сдерживания советских войск, где была почти полностью уничтожена.
По причудливой иронии судьбы, особенно тяжёлыми для французских эсэсовцев оказались бои… под Данцигом.
Тем самым, за который шестью годами ранее призывал своих соотечественников не умирать социалист и пацифист Марсель Деа.