"Разоблачение" энтазиса
Недавно по миру разлетелась новость из научно-популярных и околокультурных СМИ с замахом на архитектурную сенсацию.
Оксфордский профессор математики Ален Гориэли заявил, что опроверг миф о Парфеноне, а также самого Витрувия с теорией архитектурной коррекции оптических иллюзий в Древней Греции.
Кроме того, профессор назвал энтазис, один из самых трепетных для нас, архитекторов, атрибутов классики, практически незаметным и «старейшим мифом». Можно не сомневаться, что в мире классического искусствоведения такие утверждения приравниваются к теориям плоской Земли.
Парфенон. Фото The Guardian
Как известно, геометрия Парфенона не вполне прямолинейна, и имеет небольшие отклонения по ортогоналям: например, восходящая криволинейность стилобата и антамблемента, наклон колонн внутрь, а сами колонны, помимо утонения, имеют дугообразную форму ствола — тот самый энтазис. Греки выполняли такие усложнения, как принято считать — для усиления тектоники (и с этим спора нет), и — по утверждению Витрувия, для исправления оптических иллюзий: в случаях, когда большая плоскость может казаться вогнутой, а параллельные отрезки — расходящимися, либо сближающимися посередине, образуя «талию» колонны.
Восточная стена Парфенона (1872-1875)
Стилобат Парфенона с северо-западного угла (1910)
На опровержение теории оптических усовершенствований и был нацелен математический аппарат учёного. Ален Гориэли доказал, что кривизна изгиба колонн и стилобата — ниже порога человеческого восприятия, и объявил оптическую коррекцию одним из самых древних мифов.
Наиболее наглядно схемы оптической коррекции по Витрувию были представлены французским инженером и исследователем архитектуры Огюстом Шуази в книге «История архитектуры» (Histoire de l’architecture), изданной в 1899 году в Париже.
К слову, энтазис колонны Парфенона — всего 18 мм. Ступени стилобата имеют изгиб вверх на 6-11 см, в зависимости от фасада. И мне кажется, что факт видимости глазу человека даже математикой оспорить трудно.
Схема построения энтазиса и пять архитектурных ордеров (Виньола)
Научная работа общедоступна и довольно увлекательна не только в части вычислений. Автор оперирует фактами и парадоксами, способными зародить сомнения у апологетов классики, и на большинство вопросов у него тоже нет ответов. Вывод учёного о том, что доказательств оптических эффектов нет — содержит в себе противоречие, ведь эстетический эффект неощутимых глазом изгибов и отклонений автором не оспаривается.
В заключении своей работы Гориэли предлагает читателю отложить статью и прогуляться по городу:
Возможно, у вас не будет великих мыслей, но вы встретите множество зданий с идеально линейными горизонтальными и вертикальными элементами, с надписями на разной высоте, и, вероятно, обнаружите множество неоклассических колонн. <…>
Встаньте перед зданием и посмотрите на его форму. Кажется ли вам какое-либо из этих зданий изогнутым или провисшим? Кажется ли вам изогнутой базисная линия треугольного фронтона, встречающегося во многих помпезных зданиях? Колонны слегка вздуты или вогнуты, а не прямые? Верхняя строка надписи кажется немного меньше? Доверьтесь своим глазам, задайте себе вопросы о том, что вы видите, и сами решите, подтверждается ли теория оптической коррекции.
Тут я просто обращу внимание на то, что Гориэли предлагает нам посмотреть на современный и движущийся город - совсем других масштабов и скоростей. А нужно бы учитывать монументальные и сакральные задачи храмов и акрополя. Для меня например здесь очевидно, что рассматривать нужно не просто «плоскость», и «колонну», а плоскость и колонну, нагруженную массой — учитывая психологические особенности восприятия.
Интересно, что и у Огюста Шуази были сомнения в части точности объяснения коррекции иллюзий, но то, что метод был «рабочий», у него не вызывал сомнения. Вот красивейшая цитата из «Истории архитектуры», с обоснованием создания изгибов:
Теория Витрувия была бы убедительной, если бы незначительная стрела прогиба создавала впечатление прямой линии. На самом деле мы имеем вполне ощутимый изгиб.Означает ли это неудачу? Ни в какой степени. Это необычайное расположение линий создаёт сознательное или бессознательное впечатление чего-то оригинального и нового. Непредупреждённый зритель чувствует эту необычность, но потом разбирается в тонком, чарующем его замысле. Контуры здания принимают, благодаря этому изысканному расположению, изящество, мимо которого нельзя пройти равнодушно; здание теряет вульгарный вид сооружения с прямыми линиями и принимает совершенно новый, неожиданный характер, не поддающийся, быть может, анализу, но действующий на нас даже тогда, когда мы не знаем его истинной причины и смысла. (О. Шуази, «История архитектуры», ИАА, М., 1935 год)
Авторитетные архитектурные издания пока молчат — наверное готовят разгром научно обоснованный ответ специалистов. Интересно, найдутся ли в поддержку энтазиса оппоненты-математики, чтобы «поверить алгеброй гармонию», и психологи-эксперты.
Думаю, что такого рода научные труды полезны — они невольно побуждают подправить резкость и протереть от пыли оптику нашего подзаброшенного инструментария, причём в буквальном, не переносном смысле. Ну и слова про актуальность мультидисциплинарности в истории архитектуры здесь тоже можно дописать в конце.