Типовая "француженка"
Черно-белый снимок с панелями и подъемным краном может показаться кадром советской фотохроники со строительства типичной «улицы Новосёлов» из 60-х, но если присмотреться — вид панелей слегка «не наш», и можно сказать — даже не без изысков.
На фото из журнала «L’architecture aujourd’hui» — строительство жилого района во французском городе Гавр, который был почти полностью разрушен взрывами и бомбардировками 1944 года.
Гавр начала ХХ века
Гавр после бомбардировок, 1945 год. Источник — Муниципальная библиотека Гавра.
После Второй мировой в Европе и СССР искали возможности для быстрого строительства жилья, и опыта таких масштабов ни у кого ещё не было. Восстановление Гавра решено было выполнить по единому плану. За дело взялся архитектор Огюст Перре, апологет железобетона: «Мой бетон прекраснее камня» — его кредо. Мастер стиля ар-деко был до войны знаменит строительством «Театра на Елисейских полях».
Огюст Перре на строительной площадке, 1950-е.
Архитектурная концепция требует отдельного описания, но поскольку здесь важна была скорость, главным стало принятие технологической схемы на основе железобетона и модульности.
Основа плана Гавра — три оси, образующие «монументальный треугольник»: они соединяют набережную с ратушей и морскими воротами, проходя через церковь Святого Иосифа.
Город имеет ортогональную планировку. Каждый квартал состоит из зданий с внутренним двором или садом, которые предполагались местом встреч соседей или детскими игровыми площадками. В появлением автомобилей — увы — большинство из них превратились в парковки.
Аксонометрия Гавра. Министерство реконструкции и жилищного строительства| (из муниципальной библиотеки Гавра)
Чтобы сократить время и затраты на строительство, город стали проектировать по модульной сетке с шагом колонн 6,24 м. Это оптимальный пролёт балки, к тому же кратный 2,4,6,8 и 0.52 м — то-есть размеру стандартного тогда шлакоблока. Применив модуль ко всему городу, все элементы конструкций и зданий — в том числе окон, ставней, дверей — делали стандартных размеров, на заводах, расположенных близко к стройплощадкам. Гавр стал лабораторией идей. Работавшие в команде с Перре инженеры, архитекторы, производители, подрядчики получили множество патентов. При строительстве использовались даже обломки разрушенных зданий — они сортировались, измельчались и добавлялись в раствор.
Квартал Гавра, 1950-е
Один из главных революционеров строительства — инженер Раймон Камю, разработал бетонные панели, которые произвели революцию в мире архитектуры и строительства. Полностью сборные, они включали в себя все необходимые инженерные сети и элементы интерьера готовые к установке: трубы, вентканалы, стояки, окна и двери… После сборки «конструктора» оставалось лишь подключить сети и выполнить отделку.
Монтаж бескаркасных панелей и лестничного марша.
Каркасные и бескаркасные дома.
Здания были каркасной и бескаркасной конструктивной схемы, без подвала, на относительно легком свайном фундаменте и высотой 5 этажей (допустимый норматив без лифтов). На полный монтаж четырехподъездной пятиэтажки уходило девять дней. Опыт был успешен, его распространили на другие города Франции, затем он перешел в Бельгию, Нидерланды, Германию и дальше.
В середине 50-х в СССР стало очевидно, что без преобразований ни массового жилья, ни больших трудовых достижений в стране не будет — вся отрасль была отстроена под индивидуальные «сталинки» и дома барачного типа.Типизация была отлажена в промышленном строительстве, проекты типового жилья делались, но внедрялись не без проблем и часто «хозяйственным способом». К тому времени можно было воспользоваться зарубежными достижениями. Советских инженеров и архитекторов отправляли изучать иностранный опыт. По результатам поездки архитектора Н. П. Розанова и доклада о заводе Камю председателя Госстроя СССР В. Кучеренко, Н. С. Хрущев принял решение купить у французов первую технологическую линию «Camus», а затем с фирмой договорились о строительстве в Баку и в Москве лицензированных заводов.
Раймон Камю трижды приезжал в СССР консультировать наших специалистов. Советские разработчики «адаптировали» иностранные проекты, оставив только бескаркасную схему, убрали странные жалюзи, остекление лестниц стеклоблоками, и немногие детали индивидуальности, и в СССР началась новая эпоха…
Между тем Гавр продолжал развиваться, и конце 1970-х, когда задачи восстановления были решены, в самом центре Гавра, среди ортогоналей и симметрии, Оскар Нимейер — архитектор города Бразилиа, создает удивительный комплекс — Дом культуры Гавра (1978-1982), полный изгибов и символики. Помимо двух зданий — усеченных конусов, Нимейер формирует двухуровневую площадь-форум, напоминающую формой силуэт голубя, символ мира.
Площадь и здание Дома культуры Гавра.
Современный Гавр.
В 2005 году Гавр был признан памятником ЮНЕСКО за «инновационное использование возможностей бетона» и «исключительный пример архитектуры и градостроительства послевоенного периода».
В связи с этим статусом новая высотная застройка в городе запрещена.
