В прошлой записи мысль неслабо растеклась по древу: простите, что так вышло. Это обычная для моей бытовой речи ситуация. Конечно, в текстах что-то правлю и редактирую, но общий строй остаётся плюс-минус прежним. Ничего не попишешь: мои близкие, к примеру, привыкли, что имеют дело с «увлекательным типом с недержанием, который болтает обо всём, о чём хочет»*. Надеюсь, свыклись и вы.
(* характеристику про «типа с недержанием» литератор Гольдштейн дал во время оно Галковскому. Разумеется, Дмитрий Евгеньевич в ответ на это замечание выкатил мощнейшую филиппику — и теперь, боюсь, сама фамилия «Гольдштейн» в глазах почитателей ДЕГа выглядит чем-то неприличным. Что, конечно, тоже упрощение: Гольдштейн был хорошим эссеистом, свидетельством чему может служить хотя бы этот текст.
Видите, я опять заболтался — если вас это раздражает, смело отписывайтесь. Вовсе отказаться от особенностей собственного мышления я не могу, так что подобные экзерсисы будут появляться тут и в дальнейшем. Но финальную запись цикла Κόσμος постараюсь написать построже, без этих бесконечных отвлечённых рассуждений)
Александр Гольдштейн в 2003-м, за три года до смерти. Для меня это фото — своего рода лакмусовая бумажка. Я, например, вижу на нём симпатичного интеллигентного человека. Если же вы на этом снимке видите в первую очередь еврея — мне кажется, есть смысл слегка поработать над собой. Шовинизм — чувство понятное, но всё же деструктивное.
Ну да ладно, вернёмся к делу. О вещах глобальных поговорим в следующей записи, а сегодня хочется обратиться к узкой области — культурной политике, которую проводит Российская Федерация в последние 30+ лет.
У меня тут есть самые разные наблюдения (от кинематографа до современного искусства), но сегодня нарочно обратимся к сфере, в которой ваш покорный слуга разбирается меньше — а именно к современной российской литературе.
(⸮: Вообще читать я люблю — и прямо сейчас, например, знакомлюсь с «Моралиями» Плутарха (начало блестящее — «Надо ли философствовать за вином?»). Однако именно современную литературу читаю сравнительно мало, так что эта сфера — для меня во многом terra incognita)
Так вот. Почему я вообще решил обратиться к этой теме? Как и обычно, катализатором выступил пост коллеги по телеграм-вещанию — поэта и издателя Павла Лукьянова, основателя издательства Ruinaissance. Лукьянов оценил творчество Виктора Пелевина: и оценил его довольно низко. Процитирую:
Если бы Пелевин писал «Шинель», то Башмачкина было бы не жалко, всё бы ограничилось тем самым смехом, каким в повести Гоголя над героем смеялись в конторе, посыпая голову Башмачкина бумажками. Гоголю было жалко героя.
[…]
Высказывание же Пелевина остановилось на стадии своих насмешничающих героев. Пелевин — сам и есть герой своих книг: одаренный человек, лишенный человеческого интереса и главное — любви.
Отчасти мне близка эта позиция, отчасти — не совсем. Поделюсь, пожалуй, и своими импрессиями.
Для начала разберём претензии Лукьянова — тем более, что они не новы
Если генерализировать конкретные упрёки Павла, то выйдет примерно такая картина:
Пелевин упростил и опошлил действительно существующую русскую литературу. Те же Галковский и Крылов в его книгах превратились в нечто ходульное, смешное, а потому — вовсе несуществующее;
Пелевин слишком часто смеётся и не понимает границу между тем, что осмеянию подлежит, а что — нет. (Замечу от себя: если в «Generation „П“» ироническая дистанция была полностью оправданной, то, например, в том же S.N.U.F.F. некоторые вопросы возникали уже просто по факту чтения синопсиса);
Книги Пелевина могут быть интересны юношам и подросткам, но вряд ли вызовут какое-то движение души у людей взрослых. Строго говоря, на любые «движения души» эти книги в принципе не рассчитаны;
У Пелевина нет эмпатии ни к своим героям, ни к их прообразам — реальным жителям реальной Российской Федерации. Нечто похожее мог бы написать и тот же Уэллс, прибывший в «гибнущий Петроград»;
Наконец, именно Пелевин скандализирует и упрощает многие идеи, которые дают культурным русским хоть какой-то кислород. Вместо «Святочного рассказа № 2» — «Чапаев и Пустота». Вместо Галковского — Голгофский. И так далее, и тому подобное.
Это не полный список претензий (почитайте тексты Лукьянова сами), да и я от себя мог бы кое-что добавить. Но не будем особенно злобствовать. Тем более, что позднего (2010-2020-е годы) Пелевина я читал мало, да и в принципе этот автор — ДАЛЕКО НЕ ХУДШЕЕ проявление русской литературы времён Российской Федерации.
Тем не менее, вопросы поставлены, и от них никуда не скроешься. Пелевин, пожалуй, мог бы: назвал бы Лукьянова «Лукойевым», написал бы «Речь в защиту Пелевина», выпустил бы «Сатиры» в защиту собственных произведений. Нормальный постмодернизм, почему нет?
Что говорить, я сам — постмодернист. Но — как постмодернист — я понимаю все узкие места этого направления. А вот про Пелевина того же сказать не могу: и, думаю, в публичной дискуссии Пелевин проиграл бы тому же Лукьянову в девяти случаях из десяти.
Виктор Пелевин в 2001 году, как утверждает ТАСС
Ладно, Пелевин — не идеален. Но кто из наз без греха? Почему это вообще важно?
Это хорошие вопросы. Отвечу по порядку.
Для начала скажу, что Пелевин — КОНЕЧНО, талантливый человек. Будь он какой-нибудь Гузелью Малисовой или Еленой Яхиной, тут и говорить было бы не о чем. Политкорректная макулатура про меньшинства (национальные или сексуальные). Плохо написанная. Не без плагиата. Не без унылых российских «литературных премий». Не без столь же унылых «скандалов». Продукт буквосодержащий, 30 авторских листов.
О подобных явлениях «русской культурной жизни» я тут стараюсь не говорить — зачем? И без меня всё всем понятно. Вот только Пелевин — не Яхина и не Малисова. С него спрос другой. Постараюсь пояснить эту мысль.
Для начала — представьте себе популярных российских писателей девяностых. Кого вспомните? Думаю, сходу вам на ум придут две фамилии: Пелевин и Сорокин. Популярные писатели нулевых? Те же лица плюс Акунин и Минаев. Ну и по жанровой литературе можно пройтись: Макс Фрай, «Дозоры» Лукьяненко, Донцова и Маринина, «Метро» Глуховского, Цыпкин, какой-нибудь Олег Рой и т. д. Очевидно, что на этом фоне пресловутые «Пелевин и Сорокин» по-прежнему остаются мэтрами — сравните лучший текст Глуховского и худший текст Пелевина, увидите «очень большую разницу».
Но не будем о грустном: Пелевин же не виноват, что в конкурентах у него Донцова и Рой. Того же Галковского люди en masse не читают, следовательно — всё честно. «Невидимая рука рынка» ВОТ ТАК распределила читательские предпочтения. И лучше уж люди будут читать Пелевина, чем Минаева.
Верно?
НЕТ
Дело тут вот в чём.
Пройдёмся сперва по пресловутому «литературному процессу» — то есть по премиям, грантам, проектам больших издательств и т. д. Возьмём для простоты трёх современных российских литераторов (хотя на деле список КУДА ШИРЕ: уже останавливался на этом, а читатели, лучше знакомые с современной российской литературой, думаю, предложили бы ещё десятки имен незаслуженно малоизвестных авторов). Но не будем углубляться. Возьмём, повторюсь, только трёх очевидных авторов:
Дмитрий Галковский — философ, писатель, автор нашумевшего в своё время романа «Бесконечный тупик». Был вынужден издавать «Тупик» (да и другие свои сочинения) самостоятельно. Устраивает стримы с донатами. Стримы успешные, донаты отправляют, да и платная подписка. Но почему он вынужден всем этим заниматься — Бог весть.
Константин Крылов — публицист, философ, общественный деятель и писатель, к сожалению, раскрывшийся именно в писательском деле дай Бог на 20% от своего потенциала (львиную долю свободного времени Крылова съела та самая «общественная деятельность»: бессмысленная и беспощадная). Тем не менее, кое-что Константин Анатольевич написать успел — и «Золотой ключ», и блестящий постмодернистский (в хорошем смысле этого слова) «Факап», и ту же публицистику. Что из этого опубликовано в человеческом виде после смерти Крылова? Какие-то слёзы.
Владимир Лорченков — литератор, написавший полтора десятка книг (это без учёта публицистики и переводов). Переведённый с русского на другие языки, фигурант шорт-листов нескольких российских литературных премий. Вроде бы тут-то всё должно быть ок: наверное, человек катается как сыр в масле (аля Шаргунов или Прилепин). Однако же — почитайте впечатления того же Лорченкова от современного российского книгоиздания (но поспешите; скорее всего, через год этот пост будет уже недоступен: автор удаляет свои записи, чтобы издавать их уже в бумажном формате).
Хорошее фото Крылова — тут он, конечно, «делает лицо», но даже за постановочностью видно умного, трезвого и порядочного человека. Не был знаком лично (теперь жалею — возможности хотя бы шапочно познакомиться существовали), но уверен, что таким Константин Анатольевич и был: при всех его публицистических заскоках.
Что мы видим на этих трёх примерах? А видим мы трёх писателей, которые со всей очевидностью:
а) Не являются парвеню и выскочками;
б) Имеют своего читателя;
в) Написали заметные по меркам современной российской литературы вещи. У Галковского — «Бесконечный тупик», у Крылова — «Факап», у Лорченкова — «молдавская тетралогия».
Поймите правильно. Я слабо знаком с российским «литпроцессом» и не готов выносить окончательные оценки. Места Галковского, Крылова и Лорченкова в русской культуре, вероятно, определит только история, но вы хотя бы издайте при жизни основные сочинения…
Увы, ничего похожего мы не видим, а на примере Крылова ясно, что новиопское проклятие damnatio memoriae действует и после смерти автора. При том, что какого-нибудь Быкова (а я его, так вышло, тоже читал: относительно занятный поэт, поверхностный критик и унылый писатель; in my humble opinion) населению в то же время буквально проталкивали в горло: «кушайте, не подавитесь».
То есть тут явно какая-то нечестная игра, когда какой-нибудь самопровозглашённый кружок «чтения Торы на дому» решает за русского читателя, что этому читателю потреблять стоит, а что — нет. Причём участники «кружка Торы на дому» зачастую менее культурны, чем авторы, которых они отменяют (а иногда и всё чаще — менее культурны, чем русские читатели, с которыми им нужно работать).
Собственно, тот же Галковский всё, что нужно, сказал ещё в девяностые в своём «Андеграунде»:
Не кажется ли вам, что вы просто ЗАЖИВАЕТЕ ЧУЖОЙ ВЕК. Что вы МЕШАЕТЕ ЖИТЬ другим людям, людям, которые вас умнее, талантливее, чище.
И ответ ясен: нет, не кажется. Жили, живём и будем жить, и ещё на твоих поминках блины есть будем. А умрём, так наследство оставим и дорожку протопчем не тебе, а сынку милому и дочурке родненькой.
Обиднее всего то, что Пелевин (или группа авторов, работающая под этим брендом) — человек (люди) небесталнный (небесталанные). Проблема только в том, что некие неизвестные силы возвели Пелевина в ранг «мэтра» и авторитета, которому и слова не скажи: magister dixit. С тем же успехом можно было провозгласить светилом новой русской литературы Гарика Харламова: а что, почему нет?
Впрочем, об этом мы ещё поговорим ниже, а пока, пожалуй, оставлю здесь самоочевидную мысль — если вам небезразлична современная российская культура, есть возможность поддержать тех авторов, которых «Эксмо-АСТ» не кормит в три горла заранее пережёванной пищей. Таких людей много, так что выбор конкретного человека оставляю на ваше усмотрение.
Если же вы хотите поддержать упомянутых выше литераторов (и их семьи), нет ничего проще.
Задонатить Галковскому можно здесь. Лорченкову — тут. А семье Крылова — вот по этой ссылке (уверен, как минимум часть собранных средств потратят на дальнейшие издания).
Не лучше ситуация и с общедоступной литературой
Ладно, допустим. Но не одними же литературными премиями живы современные писатели. Есть же Институты (извините) Невидимая Рука Рынка, которая сама всё расставит по местам. Если русские хотят читать русских писателей — кто им сможет помешать? В конце концов, мы живём в XXI веке: у авторов есть все технические возможности, чтобы продавать свои книги читателям напрямую.
И действительно — такие возможности есть. Сайты самиздата (Author.Today, «Литнет» и проч.) позволяют писателям продавать свои книги, получая значительную часть от выплаченных сумм (больше половины, что уже сильно отличается от условий издательств).
Ладно. Давайте пройдёмся по тем самым оазисам (уточню, что смотрел ещё на прошлой неделе, текущие списки по ссылкам могут отличаться, хотя вряд ли в лучшую сторону).
«Двадцать два несчастья»: «Известный пожилой врач-академик умирает на операционном столе, чтобы воскреснуть в теле молодого спившегося хирурга-неудачника»
«Инженер Петра Великого»: «Инженер из XXI века попадает в тело подмастерья эпохи Петра I. Вокруг — грязь, тяжелый труд и война со шведами. А он просто хочет выжить и подняться»
«Хроники Тириса. Книга 1»: «Наследник богатого земледельческого рода стал носителем древнего разума, благодаря которому перед Каэлем открылись двери в космос. Осталось решить всего один вопрос: как выжить там, где выжить невозможно?»
Нейрослоп на одной из обложек. Если я правильно понимаю, один из авторов — в топе по заработкам на этой площадке (с доходом более миллиона рублей в месяц только тут).
«Литнет», подборка по популярности
«Не. Отводи. Взгляд.» (да-да, с точкой в конце заголовка): «— Твой парень должен стать моим, — сводная сестра сверлит меня ядовитым, яростным взглядом. — И у тебя нет выбора. Поняла?»
«Служанка ректора Академии военных драконов 2»: «Третьесортная, отребье, обслуга — таковы клички кадетки Военной Академии Драконов, в теле которой я оказалась»
«Я тебя найду, бойся!»: «Мы с Адамом не знакомы. Но я видела почти все его значимые бои. Он офигенный. Пушка-бомба-петарда! Кр-р-расавчик!»
Это, видимо, «кр-р-расавчик Адам» с героиней. Тоже нейрослоп.
Мог бы ещё покопаться, но боюсь умереть от хохота. Думаю, хватит и этих шести примеров.
(⸮: повторю ещё раз: это шесть СЛУЧАЙНЫХ книг с самого верха рекомендованных подборок на каждом ресурсе. Я ничего специально не искал, просто открыл первые сочинения, которые мне предоставили)
Далее отдельные читатели-скептики, верно, спросят: мол, и тут чей-то заговор? Или всё же дело объясняется проще? «Любит наш народ всякое говно».
Что же, не буду кривить душой. Своё отношение к коллективному бессознательному я тут высказывал неоднократно (например). И это отношение, мягко говоря, критическое: так что оспаривать приведённую выше максиму не стану. Единственное уточнение — убрал бы из неё словечко «наш»: заверяю, «народ» везде более-менее одинаков. А русские — вовсе не худшие люди на земле (я бы даже сказал, одни из лучших).
Кстати говоря, это не новая мысль — и высказывали её в том числе и классики прагматизма. Для примера — три известных цитаты из «Государя» Макиавелли:
№ 1: «В силу своей природы человек не может ни иметь одни добродетели, ни неуклонно им следовать»
№ 2: «О людях в целом можно сказать, что они неблагодарны и непостоянны, склонны к лицемерию и обману, что их отпугивает опасность и влечет нажива»
№ 3: «Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость»
Об эстетических предпочтениях «людей в целом» — т. е. того самого «народа» — великий флорентиец, кажется, не писал, но не думаю, что Макиавелли оценивал массовый вкус сколько-нибудь высоко.
Макиавелли как бы говорит нам, что со времен Флорентийской республики человек не так уж сильно изменился: «Люди как люди. В общем, напоминают прежних. Квартирный вопрос только испортил их»
К чему этот парад цитат? Только к тому, что не слишком высокое качество народной, будем так говорить, толщи — банальность, известная примерно каждому разумному человеку. Вопрос только в том, какой вывод мы делаем из этих аксиом.
Левые романтики, должно быть, будут разочарованы — и придут к нехитрой мысли: «Деда Мороза нет Людишки нам достались плохие, церемониться с ними не нужно, так что можно отправлять всех в ГУЛАГ, во славу Очередной Блистательной Утопии».
Правые прагматики подумают, скорее, над тем, какое статус-кво сможет элиминировать очевидные недостатки человеческой природы и подчеркнуть не менее очевидные человеческие достоинства.
Тут я, конечно, всецело за второй вариант. Вот только что мы видим в реальном мире?
А в реальном мире мы видим «попаданцев», «кр-р-расавчика Адама» и Академию военных драконов номер два
Давно известно — между изображениями обнажённых женщин и обстоятельной статьёй о перспективных двигателях для межзвёздных полетов ПРИМЕРНО ЛЮБАЯ социальная группа выберет первый вариант. Даже если голые женщины будут не слишком секси, а статью про двигатели напишет нобелевский лауреат.
(⸮: Может быть, исключением в данном случае станут писатели-фантасты или, например, инженеры-конструкторы, но даже в их случае я как-то сомневаюсь)
Так вот.
Чтобы не потворствовать этой естественной человеческой дикости, любое нормальное общество запихивает обывателям хоть какой-то объём полезного контента буквально В ГЛОТКУ. Вспомните школу — вот зачем обывателю нужны, например, рассказы Чехова, начала геометрии или даже волейбол в спортивном зале?
Тот же подход работает (вернее, должен работать) и далее. Открыл газету — и там не голые тетеньки, а какая-нибудь статья с аргументами и фактами (пусть даже плохая). Включил телевизор — а там не Тинто Брасса показывают, а, к примеру, обзор художественных выставок Москвы/Петербурга/Владивостока (пусть и скверно сделанный). Тинто Брасс тоже может быть, почему нет, но только на нишевых каналах (или после полуночи).
Как говорил выдающийся американский тележурналист Эдвард Марроу о телевидении:
This instrument can teach; it can illuminate; yes, and even it can inspire. But it can do so only to the extent that humans are determined to use it to those ends. Otherwise it’s nothing but wires and lights in a box.
(ту же реплику — расширенную и в относительно приличном русском переводе — вы можете послушать здесь. Это фрагмент недурного фильма Джорджа Клуни «Доброй ночи и удачи»)
Теперь я задам простой вопрос — видим ли мы на массовом книжном рынке России хотя бы один большой проект, хотя бы на 10% имеющий в виду задачу «учить, просвещать и даже вдохновлять»?
Оставлю этот вопрос риторическим.
Полагаю, примерно так Эдвард Марроу — уже реальный, а не из фильма Клуни — смотрел бы на все эти «Литнеты», «Автортудеи» и проч.
Прошу понять меня правильно: основатели этих платформ — бизнесмены. Они запустили успешный бизнес, честно платят налоги, ведут дела с авторами прозрачно — чего же боле? Предприниматели не обязаны быть филантропами, претензий к ним нет. И быть не может.
Вопросы тут возникают, скорее, к тем самым филантропам. Возьмём хотя бы экс-владельца «Магнита» Сергея Галицкого — а он по меркам российской бизнес-элиты большой оригинал. В Лондон не уехал, вкладывает собственные средства в родной регион и т. д. и т. п.
Опять же — я далёк от того, чтобы предъявлять Галицкому какие-либо претензии (если бы каждый второй из российского списка Forbes делал то же самое — мы жили бы в другой стране). И всё же. Зададимся простым вопросом.
«РИА Новости» в начале 2025-го писали, что Галицкий вложил в свой футбольный клуб «Краснодар» около 400 миллионов долларов (свечку не держал, но думаю, что это даже заниженная оценка). Прекрасно, замечательно. Но почему бы не потратить хотя бы одну десятую этих денег на просветительский проект в области современной русской литературы? Думаю, с таким бюджетом у Галицкого получился бы как минимум конкурент «Литнетов», а как максимум — вообще лидер рынка российского «самиздата». И продвигать там могли не «попаданцев», а сколько-нибудь нормальную литературу. И, может быть, появился бы сейчас российский аналог премии «Хьюго» (раз уж мы говорим о жанровой литературе).
Но нет. Готовить вратарей для «ПСЖ» и резервистов для MLS Галицкому интересно. Делать вина (недурные, стоит признать) — интересно. А вложиться в актуальную литературу — НЕ ИНТЕРЕСНО.
И ладно Галицкий: ну нравится человеку футбол, что же теперь. Да и 40 миллионов долларов вкладывать не обязательно — достаточно было бы и какого-нибудь простейшего гранта для начинающих литераторов (скажем, 2-3-4 миллиона рублей на год — чтобы человек мог спокойно взять бессрочный отпуск и заняться романом, ни на что не отвлекаясь). Такие свободные деньги в России есть не у десятков или сотен, а у ТЫСЯЧ человек.
Однако же воз и ныне там. Какие-то проекты этого направления, может быть, и есть, но выхлоп — нулевой. Поскольку занимаются такими грантами, скорее всего, жёны меценатов. И в результате «гранты» получают либо их подруги, либо авторы, засветившиеся в глянцевых журналах (которым эти 2-3 миллиона рублей не слишком интересны).
(⸮: Не говорю, что всё устроено именно так (допускаю, что в деталях всё иначе), но самый беглый первый взгляд даёт именно такую картину)
=> СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ЖАНРОВАЯ ЛИТЕРАТУРА СУЩЕСТВУЕТ САМА ПО СЕБЕ. Крупным издательствам интересна ##### вроде «Лета в пионерском галстуке», крупнейшие порталы самиздата зарабатывают деньги, эксплуатируя немудрёные вкусы «читателей из народа», а сколько-нибудь эффективные грантовые/премиальные проекты от частного капитала отсутствуют.
О государственной политике в этой области уже умолчу — это был бы долгий разговор. Если интересно — почитайте хотя бы эту серию постов.
Ок. Но какое отношение это имеет к постам из серии Κόσμος?
Вопрос хороший. Но давайте сначала подведем краткие итоги:
1. Лицом «серьёзной» русской литературы в РФ по-прежнему является Виктор Пелевин (и это лучший случай, о худших уже не буду). Ситуация абсурдная: как если бы в США второй половины XX века какого-нибудь Хантера Томпсона ставили бы выше Кормака Маккарти и Трумена Капоте.
(на всякий случай — мне нравится Томпсон и не слишком нравится Капоте; дело не в субъективных пристрастиях, а в объективной значимости этих авторов)
2. В части литературы массовой всё ещё хуже: тут даже в сегменте фантастики и детективов на первый план выходят «попаданцы в сталинском СССР» и «Босс под полтос» (если что — реальная книга из детективного топа портала «Литнет»; на одну позицию выше располагалась «Служанка слепого генерала»: мне показалось, что «Босс» звучит смешнее).
А теперь спрошу у вас:
Неужели вы мне скажете, что это русская литература сама собою управила так? Не правильнее ли думать, что управился с ней кто-то совсем другой?
Об этом и поговорим в финальном посте цикла. Сразу предупреждаю — букв будет много; и не факт, что вы усвоите всё сказанное до публикации следующего цикла — о «конспирологии».
Но таков уж путь.
Благодарю за внимание и остаюсь на связи.